ВВЕДЕНИЕ В МАТЕРИАЛ
Приветствую тебя, достопочтенный читатель. Любой театр начинается с вешалки, равно как и любой разговор стартует, когда двое поприветствовали друг друга и представились. Я, говорит первый, вот такой, а я, отвечает второй, немного другой. Этим и озаглавлено моё стремление поведать вам о себе.
Если в биографических материалах, к примеру, принято расписывать где и когда родился, учился и далее женился, то в текстах творческих, направленных на описание своего виденья себя, принято встречать друг друга по концептуальной одёжке.
Данный материал – это и есть моя одежда. В которую я одеваюсь, чтобы предстать перед вами. Его изволю публиковать на своих площадках, печатать и дополнять по мере своего собственного развития.
Мы не статичны. Эластичность любого творческого человека заключается в его способности вплетать всё новые и новые волокна в тот крепкий канат, на котором подвешена его идентичность. И, чем аутентичнее будет то волокно, тем крепче и надежнее всё будет работать.
Далее, я предоставлю некоторую историческую справку, а также примеры и описание всего того, из чего состоит мой личный медиа-образ. Так я вам и представлюсь, пожалуй.
ИСТОРИЧЕСКАЯ СПРАВКА
Не секрет, что искусство развивается и растет по образу и подобию дерева. Сначала вырастает ствол, затем на нем появляются хилые ветки, которые становятся мощными и уже сами дают основу для роста другим. Возникает фрактал, где каждое ветвление, по золотому сечению, дарует жизнь последующему.
И вот, на поле искусств произрастает несколько таких деревьев. Каждое из них отвечает за конкретный способ донесения информации, иногда сплетаясь своими ветвями и создавая диффузию.
Текст, изображение, звук, а также производные и комбинированные ростки. Всё это имеет своё начало и ту самую точку в развитии, которую ставит каждая грядущая секунда. По мере произрастания, каждое дерево, каждый жанр, каждое ответвление и комбинация проходит определенную личную историю.
Начинается всё примитивной архаикой, подчиненной возможностям человека. Инструменты, концепции, а также системы – это всё ещё впереди. Для начала у нас есть руки, а также примитивные подножные инструменты. Вот их мы и берем, чтобы обеспечить вечное стремление человека.
В текстах это было выраженно, как правило, устно, без письменности, и мы никогда не узнаем, как это было у нас, на заре веков. Возможность есть, но лишь только приглядываться к тому, что происходит у некоторых нынешних африканских племен, сохранивших соответствующую стадию развития.
В музыке, как правило, тоже всё было выражено вне любой стройной системы. С использованием чего-то подручного. Без ритма, без постановки голоса. Дико и примитивно.
В изобразительном искусстве такая же история. Естественные инструменты, палец, колосок травы, охра или уголь, растительные красители. Дизайн? Ну, какой-то есть, но вы сами понимаете, в пещерах университетов не заканчивают. Это ещё впереди.
Далее происходит рывок! Стремительное экспоненциальное развитие. За считанные тысячелетия появляется структура, порядки и обычаи. Всё усложняется, во всех сферах искусств. В разные стороны, как дикобраз, торчат инструменты, принципы, концепции, жанры и поджанры. Восходят, так называемые золотые века литературы, живописи и музыки. Всё достигает своего пика в развитии.
На этом возвышении, где искусство оказывается в определенные исторические времена, ему становится комфортно, вкусно, красиво и сытно. Все всё понимают, каждому видны мельчайшие ручейки мыслей и намеков творцов, все образованы, начитаны, наслушаны, насмотрены и прекрасны собой.
Но так бывает очень ограниченный промежуток времени. Войны, эпидемии, самораспады империй, природные катастрофы и голод. Вот – неполный список катализаторов перемен. Перемен, которые называют потом темными веками, ренессансами, смутами, кризисами и так далее. У всего есть своё возвышение и у всего есть своё собственное падение. Не только у экономики, научной мысли, военного дела и социального прогресса. Искусство всё так же завязано на переменах, ведь оно служит одному и единственному — человеку.
Я, тот кто это всё пишет, как и тот, кто это всё читает, люди, родившиеся в определенный час, день и год. Вряд ли этот текст попадет кому-то в руки через тысячу лет, так что условимся, что мы примерно из одного и того же исторического периода. 1900-2100 годов. Как-то так. На дальнейшее я и не рассчитываю.
Теперь, когда мы договорились, можем отметить, что общим местом каждого образованного человека является его знание о том, что после прогрессивных времен, когда ренессанс вынес на Олимп старого-доброго античного героя, грянула эпоха модерна, декаданса и постмодернизма.
Это было связано с глобальной эпохой войн, эпидемий и природных катастроф. Люди разочаровались в героях прошлого, не увидев их рядом с собой в самые черные дни своей жизни. И наоборот, как выяснилось, жизнь большинства людей была окружена откровенно-другими личностями, близкими, родными и понятными каждому. Но как ты не крути, мало кто сможет героизировать в античном смысле простого человека. Кухарку, пастуха, комбайнера, инженера, кучера, рабочего предприятия. Всё это будет комично и даже издевательством. Ведь речь идёт об иных личностях, отнюдь не в геройской, а в самой настоящей грязи.
Не повстречав античного героя, люди сотворили изрядное число обыкновенных. Закончив, тем самым с иллюзиями прошлого. Работали над этим, как правило, творческие выдвиженцы из большинства. Обыкновенный не возвышенный народ оказался тоже плодороден на поэтов, писателей, художников, композиторов и музыкантов, а также на разного рода философов, что оказалось приговором для ставшей уже непопулярной античной и вдохновленной античностью классической литературы и живописи, например. А также, данный процесс запустил формирование фундаментального спроса на особое, ориентированное на обычного человека, творчество во всех его направлениях, сделав его самым популярным среди населения планеты Земля. Катализатором данного процесса, как и всегда, послужила обыкновенная реальная жизнь на местах.
После Великой Французской Буржуазной Революции, стало возможным и приобрело фактическую необходимость – всеобщее образование, запустив череду глобальных потрясений. Общества и государства, отказавшиеся принимать правила игры – были сметены ветром истории, оставив лишь только те, которые подчинялись веяниям современности. А современность тогда требовала, как можно больше грамотных рабочих рук, и с каждым десятилетием ситуация всё накалялась и обострялась. Как вы уже догадались, раз у нас стало больше грамотного населения, значит среди них стало больше тех, кто способен к творчеству, которое с каждым годом становилось всё менее и менее элитарным, и всё более доступным каждому.
Мало того. Настоящее, происходящее в периоды священного ужаса войн и катастроф, нанесло неизгладимую рану в мозгах всех народов. Посеяв сомнения и похоронив под их грузом, в том числе и бытовую сферу жизни.
Изысканные произведения литературы, живописи, скульптуры, музыка и прочее, у кого-то стали вызывать ненависть, у кого-то страх, а у кого-то и полное безразличие. Тем самым, дома разных стран мира, были набиты осколками прошлого, которые никак не встраиваются в настоящее, ведь новое время рождало новых людей. Быстрых, мобильных, легких на подъём.
И вот, мы уже имеем общество, где на старинные мебеля наносят масляные краски, великие картины вешают в уборных, а музыкальные партии Бетховена и Моцарта перекладывают на Пианино «Красный Октябрь» и играют их в Домах Культуры, построенных в стиле раннего и позднего конструктивизма от Ле Карбюзье. Всё потеряло свою эксклюзивность. Стало массовым и попадало вниз.
Где-то, в этой череде перемен, родился, развился и умер, а потом снова воскрес, такой базовый жанр, как Декаданс. Или разложение. Или упадок. Всё верно. Связан он был именно с теми событиями, которые я описал выше. На перегное из объектов и концепций прошлого, в испарине личных и массовых катастроф.
Жанр, направление, ответвление Декадентов очень специфическое, сдавленное определенными рамками и условностями, и, разумеется обладающее очень благодатной почвой для создания очередного ответвления. Чем, собственно, я и займусь. Ни в коем случае не беря в свои любящие объятия весь жанр целиком. Мне от него понадобится всего ничего, но именно это мне в нем и нравится.
Имею в виду, конечно, ту его особенность, которая на момент формирования, делала Декаданс губкой, которая охотно впитывала всё самое красивое и лучшее в этом мире, в том мире, но ставило оно это всё – в самый пыльный и ироничный угол сомнений, использовала не по назначению и была дерзкой, как по форме, так и по содержанию, как материально, так и высокоморально. Создавая, своеобразное кладбище, для объектов, людей и идей из далекого и не очень далекого прошлого, заболачивая и вплетая в себя артефакты целых эпох, инкрустируя ими венец своих знаний, достоинства и убранства гостиных.
ОБЩЕЕ ПОЛОЖЕНИЕ
Здесь, я, скромно хочу договориться с читателем о дефинициях. Я не в коем случае не пренебрегаю декадансом, как комплексным явлением. Мне близки и милы его общие и частные очертания, однако, как и любой настоявшийся жанр прикладных искусств, декаданс имеет уже полностью сформированный ряд требований и ограничений.
К тому же, в силу того, что зарождение и восход направления происходил крайне давно от моего рождения, некоторые вещи и атрибуты утеряны навечно, а большая их часть вряд ли доступна мне, как человеку из слоёв ниже среднего на переломе веков.
Следовательно, я изволю брать лишь только общую эстетику, а также тональность декаданса, и именно с этим связано то, что я в данном тексте, а также в разговорах, использую слово «Упадок», как замену слова «Декаданс», которое я, ко всему моему сожалению, не смогу потянуть ни нравственно, ни физически, ни финансово. Никогда. И исключительно из почтения и уважения к термину, предпочитаю его не замыливать.
НАСТРОЕНИЕ УПАДКА
Раз уж мы заговорили про «ton of voice» моего свежеиспеченного личного стиля, то здесь надо обозначить пару вопросов тоже.
Первый, и он же главный вопрос – это что, и главное – как, я буду брать с собой в творческую дорогу.
Здесь же возникает и ответ во втором вопросе, который касается свойств материалов.
МАТЕРИАЛЬНЫЙ ВОПРОС
Чем отличаются прежние времена, от нынешних, в случае с вопросами искусства, дизайна и прочих атрибутов, которые окружают нас? Я бы ответил на этот вопрос так – «Прежние времена отличаются от нынешних – научно техническим, социальным и нравственным прогрессом, как личным, так и общественным».
Отсюда проистекает ещё одна важная мысль. В ходе общего прогресса, ритм жизни ускорился, а требования к вещам и явлениям – сократились. Именно это является причиной ностальгических процессов. Нам всем справедливо кажется, что прежние времена были лучше, ведь вещи реально были надежнее и долговечнее, быт проходил гораздо медленнее, а отношения всех видов были глубже и проницательнее.
Базовые материалы отличаются от синтетических тем, что они сложны в обработке, но крайне-долговечны, если за ними достойно ухаживать.
По этой причине, материальной концепцией моего творчества, были выбраны исключительно натуральные, доказавшие свою надежность и эффективность материалы, вещи, технологии и явления.
К этому же относится и моё личное вкусовое зерно, которое не приемлет в быту и эстетике никакого наличия синтетики там, где в ней нет функциональной необходимости.
МИНУТКА СКЕВОМОРФИЗМА
Разумеется, в моём случае, всё вышеописанное, а также нижеописанное, всё это справедливо только к цифровому искусству. Следовательно, чтобы изображать что-то, создавать настроение и атмосферу, надо иметь при себе инструментарий визуализации задуманного.
Скевоморфизм полностью восполняет потребность в инструментах, давая именно тот спектр визуальных характеристик, которые мне и нужны.
Что такое скевоморфизм, если коротко? Это способ визуализировать цифровые функции таким образом, чтобы мозгу были более понятны их образы.
БАЗОВЫЙ И ОЧАРОВАТЕЛЬНЫЙ ПРИМЕР
Все мы пользуемся смартфонами, а также приложениями в них. Вы, наверное, замечали, что иконки приложений выглядят определенным образом? К примеру, как правило, приложения для чтения виртуальных книг, имеют иконки в виде книжного шкафа. Если в такие приложения зайти, то мы увидим графический интерфейс, который расставляет как будто бы книжечки, на как будто бы полочки.
Как вы понимаете, ни каких книжечек и полочек в реальности не существует, ибо всё это просто абстракции, а сама информация вообще выглядит в виде программного кода, а читаете вы просто шрифт на экране, однако мозгу понятнее видеть полки с книгами, чем, например, файловую систему вашего устройства. Ведь в жизни, с младенчества, мы привыкли к тому, как выглядят книги и к тому, что они находятся на полках книжных шкафов.
Так вот. В качестве инструмента для моего цифрового искусства под кодовым названием «Эклектика Упадка», ничего иного, кроме скевоморфизма и не подойдёт. Ведь мне необходимо создавать аудио-визуальный ряд, с множественными отсылками к реальной жизни, создавая при этом, как по Бодрийяру, симулякр того настроения, которое я имею в виду, внутри моего личного виртуального мира. Моей вселенной.
ТЕКСТЫ И ШРИФТЫ
В качестве стиля написания текстов для своих проектов, мною был выбран тот, который мне нравится самому, с которым мне удобно читать и писать. Я люблю сложные формы, закрученные предложения, я и сам по себе многословен. В своих текстах я использую некоторое сочетание фамильярного личного общения, с некоторыми заходами на личности, но при этом, я всегда максимально-уважителен по отношению к собеседнику.
В том числе, уважение к читателю, выглядит как полное отсутствие сомнений в его компетенциях и интеллекте. Я убежден, что меня читает умный, начитанный, воспитанный человек, для которого не будет секретов в моих текстах, но которому приятно, что его не считают дураком, не сокращают и не упрощают, давая возможность лично проанализировать написанное и сделать выводы самому.
Тем самым, я скорее сродни перепискам приличных времен, между приличными людьми, знающими и понимающими друг друга, общаюсь с вами, как здесь, так и на всех иных прочих площадках.
Шрифтовая история у меня тоже весьма интересна. Всё дело в том, что в случае с описанными выше временами, я не могу позволить себе использовать типографский станок, например, или каллиграфию. Всё это почти или буквально не имеет смысла.
К тому же, есть кое-что, совершенно обезоружившее меня когда-то. А именно – виртуальная типографика старых компьютеров и интерфейсов. Я имею в виду такие аппараты, как «Commodore 64 PET», например. Я искренне считаю, что шрифты, навеянные данным агрегатом – это самое изысканное решение в деле использования оных.
Однако есть нюанс. Не всегда и не везде можно использовать такие шрифты. Под час приходится придумывать что-либо новое, и таким образом выходить из положения без особых потерь. И я выбрал на такой момент – матричные шрифты. Созданные при помощи точек, квадратов, и так далее.
Сделано это для того, чтобы не налететь лишний раз на авторское право, а также, чтобы иметь возможность создавать более пластичные объекты визуального оформления, чем это может позволить уже готовый, проработанный и стандартизированный шрифт, хоть и самый любимый.
Отдельным пунктом, идет применение старых типографских шрифтов и каллиграфии, если дело касается применения их же внутри скевоморфизма. К примеру, если нужно разместить отсканированное изображение внутрь цифрового продукта. В таком случае, предпочтение отдается именно изображению с текстами и заголовками диапазона 1850-1950 годов.
В заключении о текстовой части – резюмирую. Я избрал себе для личных проектов уважительную многосложную многословность, приправленную визуальными шрифтами, состоящими из наборов, навеянных ретро-техникой, а также с применением пиксель-арт шрифтов, состоящих из точек или отдельных пикселей. Тем самым, я сохранил две из самых выдающихся и амбициозных эпох словесности и типографики, внутрь своего личного стиля.
ГРАФИЧЕСКАЯ ЧАСТЬ
Помните мы говорили про материалы и скевоморфизм? Так вот, здесь мы подобрались к нему самым близким, из возможных, способов.
Именно материалы, их визуальная фактура, а также цвета, сообщают мозгу ту неуловимую тактильную информацию. Наша голова, смотря на изображение, как будто чувствует его форму, оттенки, температуру и вес.
Чтобы отразить это, нам потребуется определиться, что именно свойственно моему стилю, а что нежелательно, а чего вообще быть не должно. И начнем мы с простого перечисления материалов, которые, конечно же подразумеваются быть натуральными, или как можно более естественными.
Одной строкой: Бумага, картон, глина, фарфор, стекло, полированное дерево, благородные металлы – латунь, бронза, серебро, золото, медь, а также натуральные камни, растительные орнаменты. (Список будет дополняться).
Из всего этого, скевоморфизмом должны быть извлечены самые благородные визуальные объекты, из доступных. Вот некоторые примеры: Заметки на крафт-бумаге, картонные рамки от Polaroid, глиняные вазы и скульптуры, статуэтки, фарфоровая посуда, хрустальное стекло, резная мебель и интерьерные резные деревянные барельефы, медные кубки, золотые монеты, каменные памятники, замки и крепости.
Из примеров вы видите, что верификация и согласование к публикации – это главный процесс в моём творчестве. Всё должно подчиняться общему настрою, а также формировать композицию, быть в едином стиле и не выбиваться.
Дополнительно отмечу, что я являюсь любителем и горячим сторонником создания виртуальных и физических коллажей, которые мне тоже кажутся чем-то из оттуда, из прошлого века. Мне нравится принцип стенгазеты, например, или классического коллажа, заключающийся в расположении вырезанных изображений в красивую композицию. В своём графическом творчестве я часто использую коллажирование и конечно же всё выражено в использовании элементов, отсылающих нас к общему настроению моего личного стиля.
Вряд ли возможно добавление чего-то яркого и токсичного в этот дом, кроме одного – все виды градиентного неона. О, да! Имено! Неон – это прекрасный оттеняющий и выделяющий элемент графического восприятия. Неон обязан быть скромным, уважительным, умело включенным в общую композицию, не выбиваться и не портить общее впечатление.
Пиксель арт и ретро консоли. Из данной, по истине – гениальной эпохи, было бы грешно не извлечь лучшие из лучших образцов цифрового графического искусства, а именно – пиксель арт. При этом, конечно же, со всем уважением к первоисточникам, по части качества и общих параметров старых электро-лучевых кинескопов, дающих исключительно-уникальные артефакты, формирующие собой своеобразные натуральные фильтры.
Фотографии восьмидесятых и девяностых тоже стали компонентом рецепта моего фирменного стиля. Имеется в виду – поздние пленочные цветные фотоснимки, а также ранние цифровые фотографии на компактные цифровые фотоаппараты. Всё это вместе, дает контрастную пару, позволяющую вмешать в композицию самые необычные и выразительные акценты.
Если подытоживать часть графической концепции, то можно описать её примерно следующим образом – «Визуально отсылающий к 1850-2000 годам скевоморфизм и коллажирование, эксплуатирующие нарративы натуральных, благородных, обработанных материалов, с элементами пиксель-арта видеоигровых ретро консолей, а также с применением графических фильтров, отсылающих зрителя к фотосъемке восьмидесятых годов двадцатого века».
АУДИО СОСТАВЛЯЮЩАЯ
Нет смысла описывать всю степень важности, аудио-составляющей, в структуре многокомпонентного медиа-творчества. Это и так понятно. Остается только приступить к сути вопроса и расписать, что именно я изволю использовать, чтобы мне и нам всем было уютно и стильно.
Здесь хотелось бы признаться в любви симфонической, много-инструментальной музыке. Её сложность, длительность, а также общее настроение – это именно то, что лично я хотел бы слушать всегда, и чем я хотел бы делиться со своими слушателями. Разумеется, и здесь не обошлось без некоторых нюансов.
Восьмибитные или шестнадцатибитные нюансы. Я имею в виду, что помимо, так называемой, классической музыки, мне нравится ещё и тот музыкальный опыт, который я испытал во время игр на старых консолях, а именно опыт прослушивания восьмибитных аудиокомпозиций. Теперь же, я изволю хотеть, и я применяю, данную технологию внутри своих видео и аудиоматериалов.
Магистральная линия моего аудио-творчества – это повторяющиеся попытки совместить мировую фундаментальную классическую музыку с восьмибитным звучанием, имеющие своей целью итоговый синтез таковой в полностью восьмибитном формате.
Дополнительно отмечу, что, говоря о восьми битах, я имею в виду ещё и шестнадцать битов. Просто так удобнее сократить текст.
Также, если дело касается лично моего творчества, я предпочитаю использовать старые микрофоны или микрофоны с определенным шармом. Чтобы создавался эффект винтажного видео или аудио репортажа.
Не музыкой едины. Как мы понимаем, музыкальное сопровождение – это лишь часть аудио компонента в медиа. Не меньшее значение имеют звуки. Звуковое сопровождение прибавляет погружение в контекст происходящего, заставляя нашу голову верить, что отраженное на экране не просто существует, но ещё и как-то по-особенному звучит.
Здесь я выбрал самый простой и самый честный образ действия. Я использую звуки, соответствующие происходящему на экране, и заботливо записанные мною на диктофон. Так же я использую звуковое сопровождения перенятое мною из ретро-футуристических фильмов, если дело касается разного рода глитчей и переходов кадров, например, которые не существуют в реальной жизни.
ВИДЕО КОМПОНЕНТ
Так как видео формат появился довольно недавно, относительно живописи, литературы и музыки, то и ностальгических точек силы оно имеет не столь много, однако имеет. Разумеется, как и всегда, все эти особенности завязаны на технологиях видеосъёмки. Киноленты, видеокассеты, ранняя цифра – вот вполне исчерпывающий список того, чему я лично поклоняюсь, что мне отзывается прямо в сердце и что я использую для своих личных проектов, если дело не касается конвенционально-одобряемых коммерческих съёмок, которые приемлют лишь и только актуальные технологические решения на момент осуществления записи и монтажа.
Магия деталей. Заключается в том, что моё личное особенное отличие от иных инфлюенсеров и творческих субъектов – это активное применение аутентичных технологий видеосъёмки старой закалки. Таких как ленточные и VHS видеокамеры, ранняя цифра, а также применение видео-фильтров и переходов, созданных на основе отсылок к ним, в том случае, если пришлось осуществлять видеозапись при помощи современных мне технологий.
ВЫВОДЫ ИЗ МАТЕРИАЛА
Естественно вы читаете не финальную, но уже вполне валидную версию моей базовой стилистической концепции. Я её и сам читаю. Она будет распечатана и положена мне в ящик стола, она будет размещена на моих официальных вебсайтах, а также скопирована во все мои социальные сети, где это необходимо. Везде будет адаптирована под надлежащие условия. Где-то будет разбавлена визуализацией написанного, где-то не будет, и предстанет в строго текстовом варианте. В случае последнего, как раз и пригодится вся многословность и образность, которую я вам и себе подарил.
Тем не менее, как бы там не было, у каждого, даже самого изысканного текста, есть первая буква, а есть – последняя. Так и здесь, где бы вы это всё не читали. Текст будет обновляться по мере возможности и потребности в правках и дополнениях. В книжную печать выйдет лишь максимально отполированная версия издания, настоявшаяся на достаточно длительной критической выдержке. Так что заранее благодарю за конструктивные предложения, а самых рьяных и внимательных помощников я обязательно придумаю, как увековечить в финальном издании. Всех ЛЮБЛЮ!
Комментарии недоступны.